Коллективный спас

Силой прави алгоритма спасусь

24 января День памяти репрессированных казаков

Облачусь пеленой Христа,
Кожа моя — панцирь железный,
Кровь — руда крепкая,
Кость — меч булатный,
Быстрее стрелы, зорче сокола
Броня на меня,
Господь во мне
Аминь

Во II тысячелетии до н.э. арийские народы расселились на обширнейшей территории – от Балкан, северного Причерноморья и южного Причерноморья до Нижнего Поволжья; от Семиречья и далее – вплоть до Енисея, Северного Китая и Индии.

О том, что скифы владели Китаем, писали христианские отцы церкви Западной Европы, Малой Азии и Индии.

Одним из славянских родов, населяющих эти территории, были скифы- саки, древние потомки нынешних казаков. Пребывание скифов в Месопотамии, Палестине и Китае оставило следы удивительной культуры наших предков. Самим же китайцам был известен народ юэчжи, являющийся частью народа сэ: то есть «саков». Саки жили тогда в Средней Азии и за Тянь-Шанем, в степях Северо-западного Китая, в Джунгарии и западной Монголии. Это были рода воинов, учёных (в Индии до сих пор пользуются календарем Саков), земледельцев.

Людей, возделывающих землю, прозывали ещё и ругами. (Руги не есть имя собственное: например, на острове Рюген руги назывались и руссами – Russi, Russe, Rutheni, Ruthae; это были руссы ружные, т.е. земледельческие. В русском языке до сих пор сохранилось слово «руга», означающее отпуск зернового хлеба кому-либо на содержание. Кроме того, в некоторых летописях встречаются ружане придунайских сербов под названием: Rugi, Rugiani и Rugioni; последние – это руги-унны, т.е. ружные унны).

Рода воев составляли особую касту. Сохранилось придание, как в старину пятерки славянских воинов прорубались через плотную стену войск перса Дария, разворачивались, прорубались обратно и снова уходили туда, откуда появились – в степь. Всадники скакали в бой обнажёнными до пояса: они ловили на лету вражеские стрелы, либо просто уклонялись от них. Сражались они двумя мечами, стоя на конях. Здоровые, полные сил персы «сходили с ума» и ничего не могли понять. Таких супер воинов у казаков называли характерники.

Недаром позже император Наполеон I говорил, что «казаки – это самые лучшие легкие войска среди всех существующих. Если бы я имел их в своей армии, я прошёл бы с ними весь мир».

Казаки- характерники это буквально: владеющие центром хара – положительной сияющей силой (отсюда и «харакири» – выпускание жизненной силы через центр хара, находящийся в районе пупка). Отсюда же и знахарь – знающий хару,, с восстановления которой должно начинаться любое лечение, славянский массаж обязательно включал в себя работу с животом, В Индии знахарей до сих пор именуют махаратхами – великими воинами (на санскрите «маха» означает большой, великий; «ратха» – рать, войско).

Это были люди, владеющие Славянским Спасом. Основой этого боевого искусства является способность человека к переносу своего сознания на более тонкие уровни бытия. Всего же тел у нас девять. Наши предки ведали обо всех своих тонких телах – вспомним, к примеру образ куклы матрёшки.

До сих пор в казачьей среде бытует мнение, что характерники во время схватки общаются со своими Богами. В таком состоянии сознания воин обретает способность управлять пространством и временем, а также влиять с помощью внушения на сознание других людей, для него не составляет труда уйти от любых нападений, тогда как он сам имеет возможность наносить врагам сокрушительные удары. Человек, владеющий Славянским Спасом, обладает способностью чувствовать приближение «своей» пули: у него затылок как бы начинает наливаться тяжестью и холодеть, и он либо уклоняется от пули, либо останавливает её на поверхности своего физического тела. Эта невидимая непосвященному «броня» называется Золотым Щитом. Российские знахари до сих пор именуют центр хара «золотником».

Трансовые воинские состояния в некоторых казачьих родах называют – состояние Ясны (вспомним «Велесову книгу», где рассказывается о воинах света Ясунях) и имеют три уровня погружения. Первые два этапа относительно доступны талантливым и упорным искателям. А вот третий, самый загадочный уровень является заповедной зоной, так называемой характерниками – лядью. Лядь – это пустошь, пограничье, где человек встречается со своей смертью. И только опытный характерник может провести адепта через это испытание. Можно и самому попробовать, но для этого надо иметь своеобразный якорь в миру. Иначе Смерть может затянуть в мир Нави и оттуда не выберешься. То есть, не умея, можно либо умереть, либо просто свихнуться, сойти с ума. Имелся и возрастной предел. Чем моложе, до 28 лет, тем более опасно для себя и других баловаться с глубиной третьего уровня. Так мастер вкладывал в ученика объём знаний и тот не мог ими воспользоваться практически до определенного момента, когда в нём созреет Сила и сама скажет о себе.

Обучали характерников и секретам стихосложения и правильного пения, что давало возможность сформировать и гармонизировать потоки Силы внутри себя и вовне. Была техника воздействия на противника громким смехом. Характерник мог исчезать из поля зрения и появляться в неожиданных местах. Мог за короткий срок передвигаться на большие расстояния, как на лошади, так и пешком, используя тайные Тропы Силы… Манипуляции с пространством и временем были важными условиями мастерства характерников. Но основа всех этих чудес – это особое понимание и взаимоотношения с Природой, с Миром Силы. Например, используя метод ритмических рифмованных фраз, поющихся под определённый ритм движения маятника, характерник входил в особую сопричастность с окружающим его местом, как бы растворяя себя в нем. Отсюда сверхчувствительность к малейшим колебаниям силы и тем более силы противника.

Ещё был такой термин при обучении входа в Ясну: “вывернуться наизнанку“. То есть, пройдя третий глубокий уровень, ты как бы выворачиваешься наизнанку и мир внешний превращается в мир внутренний и обретает как бы желеобразную, похожую на студень, консистенцию. И любое движение в этом вязком пространстве влечёт за собой перемещение всего окружающего. А твоя задача – не дать этим волнам возмущения разойтись, а закрутить их вокруг себя в вихрь-смерчь-торсионную волну-волчок. В результате источник возмущения гасит сам себя. Похоже на юлу в воде. Еще хороший образ паучка и паутинки. Дерни за одну ниточку и в действие приходит вся система паутины. Чем больше жертва дергается, тем больше запутывается и успокаивается…

Многие казаки-характерники были долгожителями и сохраняли свои силы и умения до преклонного возраста, самым знаменитым из них можно считать атамана Атея, который погиб в 90 лет, скача на коне и ведя за собой в бой казаков против отрядов Филиппа (отца Александра Македонского). Некоторые из них жили больше ста лет на свете, и были между ними великие характерники. Например «Джереливский сам ковал ружья и умел заговаривать их. Большой охотник был, он и не боялся ни тучи, ни грозы; ему дикий жеребец ухо откусил и, если бы не влез на дерево, то и носа не было бы!…..»

Иностранцы, которые бывали на Запорожье в XVІ-XVІІІ ст., также в своих воспоминаниях отмечали силу казаков и то, что умирают они в глубокой старости. Так, 22 июня 1737 года во время Очаковского похода на 77 году жизни умер кошевой атаман Малашевич, но не от старости, а от солнечного удара – « проболев несколько дней лихорадкой». Последнему кошевому атаману Петру Калнишевському на конец российско – турецкой войны 1768-1774 лет исполнилось 84 года. Но, не смотря на преклонный возраст, он лично возглавлял походы Запорожского войска. Умер Калнишевський в Соловецком монастыре в ссылке, когда ему исполнилось 113 лет. Военный старшина Иван Бурнос, будучи «в преклонных летах», возглавляя Запорожскую команду в 1774 году, лично принимал участие в боях с врагом и гарцевал на своем жеребце перед обществом.

Много легендарных личностей породило казачество, нельзя умолчать и о легендарном атамане Степане Разине. Сколько песен, легенд, сказок и сказаний сложено о нём. Сколько книг и исторических справок написано. Для казаков и простых жителей России он защитник угнетённых и герой, для христианских попов и царских чиновников – вор и разбойник. Описывают Разина по-разному, но все сходятся в одном: в том, что он был легендарной личностью. В предании говорилось, что Разин был ведуном, колдуном, чародеем, которого не брали ни пуля, ни сабля, и что он будучи характерником смог избежать казни и дожил до ста лет на территории тогдашнего Великого Кубанского казачьего войска. Голландец Ян Янсен Стрейс, который строил корабль для Алексея Михайловича (Отца Петра 1) в Астрахани, описывал его внешность так: «Разин был лет 40, высокий и дородный мужчина крепкого телосложения, имел гордую поступь и лицо, несколько подпорченное оспой. Всегда молчалив и строг к подчинённым, он умел привязывать к себе и заставить повиноваться ему безропотно. Необыкновенная сила воли сквозила во всём его физическом облике, в его иссера-синих больших глазах, то ласковых, то страшных, покоряла не только простых людей, но и воевод, которым по здравой логике он должен был подчиняться».

Среди многочисленных преданий о характерниках особо выделяются и сказания про кошевого Ивана Сирка, личность действительно колоссальную в истории XVII века. «Кошевой Сирко был превеликий колдун. Недаром его турки прозвали шайтаном…» И друзья, и недруги одинаково отзывались о нём как о человеке замечательных военных дарований, и именно при нём Запорожская Сечь достигла апогея своего могущества. Предание говорит, что Сирко родился на свет с зубами, и как только баба-повитуха поднесла его к столу, то он тотчас схватил со стола пирог и съел его – это было знамение того, что он весь век свой будет грызть врагов. Сирко умел наводить на татарских табунщиков сон, часто при этом оборачиваясь белым хортом. А однажды у безымянного острова подстрелил из своего пистоля купающегося в Днепре чёрта. Остров этот, на котором впоследствии основали одну из Сечей, назвали Чёртомлык, поскольку чёрт «млыкнул» (булькнул) ногами, когда упал в воду. Сами запорожцы говорили, что равного Сирку не было, не будет и никогда не может быть, и на то есть заклятие самого Сирка : «Кто ляже рядом со мною, то мне брат, а кто выше меня – той проклят». Рассказывали, будто Сирка сабля не могла взять и он бывало подставлял своему «джуре» (молодой казак , ученик ) под удар руку, но на ней оставался лишь синий след. Сказания о магической силе Сирковой руки были очень популярны и в одном предании он назван даже Сирентием Праворучником. Говорили, что будто после смерти своего кошевого запорожцы отрезали правую руку его и с ней везде ходили на войну, а в случае беды выставляли её вперёд, говоря: «Стой, душа и рука Сирка с нами!» Лишь после разрушения Запорожья казаки схоронили руку его.

Известны в преданиях и другие исторические личности. Всего несколько десятилетий назад олеография самого знаменитого из них, казака Мамая (он считается потомком того тёмника Мамая из рода князя Кия, что сражался на Куликовском поле против князя Дмитрия), висела в каждой украинской хате. Также каждому казаку известны и такие имена как Семён Палий, Григорий Сагайдачный, батько Харко (Захарий Чепига), казак Кравчина – все они также считались характерниками. Однако легенды донесли до нас и весьма колоритные образы последних характерников доживавших свой век уже после разрушения Сечи на хуторах и пасеках, где они «плодили пчелу». Среди них казак Джереливский, который сам ковал и заговаривал ружья, запорожцы Канциберы, заколдовавшие свои деньги и спрятавшие их в земле, старые сечевые деды Пластун, Усатый и Довгый. По смерти этих казацких чародеев христианский люд долго не осмеливался селиться в тех урочищах, где они жили, поскольку верили, будто нечистый там выл, кричал и хохотал на всю плавню.

Искусство характерников хоть и выкорчевывалось христианской церковью, но не исчезало вплоть до самой революции. Еще в двадцатом веке на Дону встречались казаки, владеющие невероятной силой духа и воли, позволяющей противостоять обстоятельствам и пренебрегать смертью. Писатель Юрий Сергеев в своём рассказе пишет: «У меня записан рассказ старика-очевидца о том, как в 1920 году полковник Васищев с 54 казаками взял станицу Наурскую, отбив у красного корпуса пулемёты и все орудия. После боя вся черкеска у него была в дырах от пуль. На людном станичном плацу он соскочил с коня, расстегнул пояс и встряхнул одежду, пули горохом посыпались к его ногам. Старик-казак божился мне, что стоял в трёх шагах от полковника и всё видел своими глазами».

По некоторым сведениям, характерниками были Чапаев, который на бруствере окопа плясал «барыню» под немецкими пулеметными струями, Думенко, Миронов и другие. Один офицер, ветеран Великой Отечественной войны, вспоминая о боях, рассказывал о простом солдате с Днепра – Трофимчуке, служившем в его полку пулемётчиком: «Воевал он с первых дней войны и ни разу не был ранен или контужен… Очень часто бывало так, что он оставался невредимым даже тогда, когда пули, снаряды, мины или бомбы скашивали всех вокруг… Раз он с третьим отделением был в ночном поиске. Ходили за реку, переправлялись вместе. Он обеспечивал бросок отделения в траншею немцев за языком. Язык был взят, и отделение отходило назад. Немцы накрыли его минами. Девять человек были убиты, а один солдат и пленный немец ранены. Трофимчук под огнём перетащил пулемет, потом ещё два раза ходил за реку, доставив обоих раненых. В другой раз бомба упала в двух шагах от пулемета. Весь расчёт был убит, а Трофимчука с пулемётом отбросило метров на десять. Но и только. Ни одной царапины не было на теле пулемётчика. Во время боёв под Орлом он прикрывал отход роты на новый рубеж. Семьдесят немцев подошли к пулемёту на расстояние десять – пятнадцать метров. Семьдесят автоматов били по нему, десятки гранат рвались около окопа. Расчёт пал, а Трофимчук сберёг пулемет и ни одному фашисту не дал пройти мимо себя…» Подобные случаи происходили с ним постоянно и, естественно, возбуждали к нему интерес и у старых солдат, и у офицеров, и у молодёжи полка. Но сам он не любил говорить на тему его неуязвимости, лишь однажды все же приоткрыл её источник. Как-то после боя, сидя вместе с соратниками в блиндаже, он сказал: «Мой батька в прошлую войну тоже с немцами воевал. Приехал с неё полным георгиевским кавалером. Я его как-то спросил: как же тебя, батько, ни одна пуля не тронула? Он мне ответил: у меня, говорит, душа перед немцем ни разу не дрогнула. Если душа дрогнет – конец, пуля сразу найдет тебя». Потому-то русская пословица и гласит: «Смелого пуля боится, а труса и в кустах найдёт».

Во все времена славяне, обладая Ведическим мировоззрением, страшились не смерти, а бесславного конца – трусости духа и предательства. Став воином, славянин знал, что, ежели он будет убит в бою с врагами Рода, то пойдет в Ирий – славянский Рай, на радость пращурам своим, а если он сдастся в плен, то уйдет в мир иной рабом, сохраняя в Нави это общественное положение. Поэтому славяне предпочитали славно умереть, чем гнусно жить, ибо умершего от меча на поле брани Перуница на Белом Коне ведёт в Ирий, к Деду Перуну, а Перун его покажет Прадеду Сварогу! Наши пращуры знали, что смерть есть лишь один из этапов жизни, являясь способом преобразования своего существования в новые формы жизни, подобно тому, как неуклюжая гусеница превращается в прекрасную, нежную бабочку.

Нынешнее заблуждение материалистов в отношении смерти устраняется при духовном опыте, ибо познание законов жизни иных миров попирает и отметает смерть. Славяне ведали, что человек, ослеплённый себялюбием, отождествивший себя со своим телом, погружается в тревогу, беспокойство и мирские заботы о завтрашнем дне; он испытывает страх и вражду к людям и животным, боится потерять близких, боится смерти, мучается, будучи не в силах насытить свои желания, вечно зависит от мнения других, от случая, успеха или неудачи. В таких натурах царят гордость и самолюбие, для них природа – мачеха, ближний – враг, звери – недруги, стихии – супостаты. Для тех же, кто умирился с окружающим миром и с самим собою, природа становится нежной матерью. Дикие звери не трогают их, стихии повинуются им, духи служат.

В древности всякий мужчина нёс воинскую повинность. На войну шли все, от мала до велика. Ю.П. Миролюбов в своей работе «Материалы к праистории Руссов» приводит по этому поводу такую пословицу: «Спокон вику так, що чоловик, той козак», что в переводе означает: «Издревле – как человек, то и воин – казак». Существует множество пословиц и поговорок, свидетельствующих о том, что славяне придавали большое значение таким понятиям как честь и долг, которые даже дети воспринимали как непреложный закон и по которому потом жили, становясь взрослыми: – Лучше быть убиту, чем в плен взяту! – Без боя врагу земли не дают! – Врага слушать – самому себе могилу копать! – За Родину да за друга стерпи жар и вьюгу! – Нет больше той любви, чем положить душу за други своя! – Сам погибай – товарища выручай! – Казак казаку – брат, а на войне – во сто крат! – Характер – что казачья лава в атаке. – Ломи напрямик, скачи, пока ноги коня несут! – Хоть рыло в грязи, да наши победу взяли! – Хоть жизнь собачья, так слава казачья! – Знай жизни край, да туда не падай! – От чужого стола не зазорно и повернуть. – Казачьему роду нет переводу! – Слава батьке Коляде, что казаки есть земле!

Но прошло время и казачество с его традициями, как класс воинов, было окончательно уничтожено в годы Советской власти. Постепенно потерялись особые знания казаков-воинов, ушли в прошлое древние ритуалы и заповеди и в настоящее время только в песнях, сказках и преданиях сохранился образ легендарного казака – ХАРАКТЕРНИКА. Так может быть уже настало время восстановить и возродить древнюю веру и возвратить утерянные знания современным потомкам казачьих родов?!

Родовая система ценностей

Просмотры: 1069

Добавить комментарий